Экспертное заключение по законопроекту об усилении ответственности при подготовке и проведении публичных мероприятий

Публикуем полный текст независимого экспертного Заключения по  законопроекту № 1060689-7 «О внесении изменений в Кодекс РФ об административных правонарушениях в части усиления ответственности за нарушения при подготовке и проведении публичных мероприятий», подготовленного адвокатом Максимом Крупским.

Максим Крупский

Адвокат Московской коллегии адвокатов «Липцер, Ставицкая и партнеры», независимый эксперт при Министерстве юстиции Российской Федерации, уполномоченный на проведение антикоррупционных экспертиз нормативных правовых актов и их проектов

Анализируемый Проект, согласно пояснительной записке, разработан в пакете с проектом федерального закона «О внесении изменений в Федеральный закон «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях», которым устанавливается ряд новых обязанностей организаторов публичных мероприятий, в том числе по соблюдению порядка сбора и расходования денежных средств на подготовку и проведение публичного мероприятия, недопустимости нецелевого расходования собранных в этих целях пожертвований, а также вводится запрет на финансирование публичного мероприятия из иностранных источников.

В целях обеспечения исполнения данных обязанностей законопроектом вводятся в КоАП России соответствующие составы административных правонарушений (проектируемые части 9 и 10 статьи 20.2 КоАП России).

Кроме того, законопроектом предлагается усилить административную ответственность за неповиновение законному распоряжению сотрудников полиции, органов федеральной службы безопасности, органов государственной охраны, органов, осуществляющих федеральный государственный контроль в сфере миграции, сотрудников уголовно-исполнительной системы, войск национальной гвардии, военнослужащих (статья 19.3 КоАП России).

В этой связи законопроектом предлагается повысить размеры штрафов за совершение административных правонарушений, предусмотренных статьей 19.3 КоАП России, установив их для граждан в размере от двух
до четырех тысяч рублей, а при повторном совершении таких правонарушений – от десяти до двадцати тысяч рублей.

Кроме того, в качестве альтернативы назначению административного штрафа в зависимости от имущественного положения лица, привлекаемого к ответственности, предлагается закрепить в санкции указанной статьи возможность применения административного наказания в виде обязательных работ.

Анализ норм Проекта позволяет прийти к выводу, что отдельные его нормы содержат в себе коррупциогенные факторы, противоречат принципу правовой определенности, вытекающему из ст. 19 Конституции РФ, а также позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Постановлении № 4-П от 14.02.2013 г. по по делу о проверке конституционности Федерального закона «О внесении изменений в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях и Федеральный закон «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» в связи с запросом группы депутатов Государственной Думы и жалобой гражданина Э.В.Савенко.

1) Подпункт б) пункта 3) Проекта предлагает дополнить статью 20.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях [ Текст Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях опубликован в «Российской газете» от 31 декабря 2001 г. N 256, в Собрании законодательства Российской Федерации от 7 января 2002 г. N 1 (часть I) ст. 1, в «Парламентской газете» от 5 января 2002 г. N 2-5] частями 9 и 10 следующего содержания:

«9. Нарушение организатором публичного мероприятия установленного порядка сбора и расходования денежных средств на организацию и проведение публичного мероприятия, непредставление или несвоевременное представление в уполномоченный орган отчета о расходовании собранных для организации и проведения публичного мероприятия средств либо его представление в неполном объеме или в искаженном виде –

влекут наложение административного штрафа на граждан в размере от десяти тысяч до двадцати тысяч рублей или обязательные работы на срок до сорока часов; на должностных лиц – от двадцати тысяч до сорока тысяч рублей; на юридических лиц – от семидесяти тысяч до двухсот тысяч рублей.

  1. Перечисление (передача) денежных средств и (или) иного имущества для организации и проведения публичного мероприятия, совершенное лицом, которое не вправе перечислять денежные средства в этих целях в соответствии с федеральным законом, –

влечет наложение административного штрафа в размере от десяти тысяч до пятнадцати тысяч рублей; на юридических лиц – от пятидесяти тысяч до ста тысяч рублей.».

Оба предложенных состава корреспондируют пункту 2 законопроекта «О внесении изменений в Федеральный закон «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях», в котором, в частности, предлагается перечень лиц, которым запрещается осуществлять перечисление денежных средств и (или) иного имущества в целях организации и проведения публичного мероприятия, а равно устанавливается обязанность организатора публичного мероприятия по предоставлению отчета о расходовании собранных для организации и проведения публичного мероприятия денежных средств по форме и в сроки, установленные федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел. Таким образом, при анализе потенциального правоприменения предложенных норм Проекта необходимо учитывать содержание норм, предложенных в пункте 2 законопроекта «О внесении изменений в Федеральный закон «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях», поскольку первые предусматривают административную ответственность за нарушение соответствующими лицами отдельных норм указанного законопроекта.

Исходя из этого, анализируя нормы Проекта, необходимо отметить, что применение указанной нормы на практике может привести к существенным нарушениям прав лиц, по отношению к которым указанные нормы будут применяться, ввиду реально имеющейся возможности расширительного толкования норм, предложенных в пункте 2 законопроекта «О внесении изменений в Федеральный закон «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях».

1.1) Так, предложенная разработчиком в указанном законопроекте часть 8 статьи 11 Федерального закона РФ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» гласит:

«8. Организатор публичного мероприятия не несет ответственность за принятие денежных средств и (или) иного имущества, при перечислении (передаче) которых вносители указали сведения, предусмотренные частями 5 и 6 настоящей статьи и оказавшиеся недостоверными, если организатор публичного мероприятия не получил информацию о неправомерности перечисления (передачи) данных денежных средств или иного имущества».

Указанная норма не позволяет со всей определенностью ответить на вопрос о том, что именно разработчик понимает под «принятием денежных средств и (или) иного имущества», а также не описывает порядок получения организатором информации о неправомерности перечисления (передачи) данных денежных средств или иного имущества, равно как не дает ответа на вопрос о характере и форме получения им такой информации.

Так, с одной стороны, под принятием денежных средств и (или) иного имущества можно понимать сам факт поступления на указанный организатором публичного мероприятия банковский счет денежных средств. Однако данное толкование этого понятия позволяет сделать вывод, что организатор публичного мероприятия будет в любом случае нести ответственность при поступлении на указанный счет денежных средств, независимо от того, являлись ли указанные вносителями сведения недостоверными или нет, поскольку в момент поступления указанных денежных средств на указанный банковский счет у организатора отсутствует возможность моментальной проверки достоверности указанных сведений.

Альтернативное толкование понятия «принятие денежных средств и (или) иного имущества» фактически заключается в понимании термина «принятие» в качестве термина «использование» денежных средств. Такое толкование предполагает, что организатор публичного мероприятия, потративший денежные средства на организацию или проведение публичного мероприятия, не будет нести за это ответственности в случае, если сведения, сообщенные вносителем, оказались недостоверными. Такое толкование понятия «принятие денежных средств и (или) иного имущества» оставляет меньше возможностей для необоснованного привлечения к ответственности организатора публичного мероприятия, однако не снимает вероятность его необоснованного преследования в принципе.

Однако, указанные выше дефектные особенности предложенной разработчиком в указанном законопроекте нормы служат лишь дополнением к более существенной проблеме указанного механизма непривлечения к ответственности организатора публичного мероприятия, а именно отсутствие у него каких-либо реальных и эффективных способов и средств проверки сведений, сообщенных вносителями денежных средств на предмет их достоверности. Действительно, организатор публичного мероприятия не обладает никакими властными полномочиями, предоставленными, например, правоохранительным или налоговым органам, для того, чтобы проводить собственную проверку достоверности заявленных сведений, предусмотренных частями 5 и 6 статьи 11, предложенными в указанном законопроекте. Даже предусмотренная предложенной разработчиком частью 7 статьи 11 указанного федерального закона обязанность банков предоставлять по запросу организатора сведения, указанные вносителями денежных средств, не позволяет организатору проверить такие сведений на предмет их достоверности.

Иными словами, в отсутствие реальных механизмов проверки достоверности сообщенных вносителями сведений у организатора публичного мероприятия отсутствует реальная возможность осознания недостоверности таких сведений, а, следовательно, в любом случае отсутствуют и законные основания для привлечения его к ответственности в случае принятия денежных средств, переведенных лицами, сообщившими сведения, оказавшиеся недостоверными.

Кроме этого остается непонятным, что именно разработчик указанного законопроекта понимает  под получением организатором публичного мероприятия информации о неправомерности перечисления (передачи) данных денежных средств или иного имущества, равно как не дает ответа на вопрос о характере и форме получения им такой информации. В самом деле, будет ли считаться получением такой информации телефонный звонок из банка, письмо представителя правоохранительных органов, сообщение того или иного физического лица и т. п. — законопроектом не объясняется. Более того, остается непонятным, кем именно и в каком порядке будет осуществляться проверка достоверности сообщенных вносителями сведений, и в соответствии с какой процедурой должна быть предусмотрена передача полученной по результатам такой проверки информации о неправомерности перечисления (передачи) данных денежных средств или иного имущества организатору публичного мероприятия и в какие сроки.

Наконец, остается непонятным, что имеет ввиду разработчик под принятием «иного имущества», если в предложенной норме речь идет о недостоверных сведениях, указываемых вносителями при осуществлении пожертвования посредством банковского счета, на который могут быть переведены только денежные средства в безналичной форме в соответствии с предложенными разработчиком частями 3, 4, 5, 6 статьи 11 указанного федерального закона. Представляется очевидным, что иное имущество не может быть получено организатором публичного мероприятия посредством механизма, предложенного разработчиком в законопроекте.

Далее, следует обратить внимание на часть 9 статьи 11 Федерального закона РФ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях», предложенную разработчиком в указанном законопроекте, которая гласит:

«9. Если денежные средства и (или) иное имущество внесены лицом, указанным в части 3 настоящей статьи (за исключением анонимного жертвователя), они подлежат возврату в полном объеме с указанием причины возврата. Пожертвование, внесенное анонимным жертвователем, подлежит перечислению в доход федерального бюджета в течение 10 дней со дня поступления на указанный в уведомлении о проведении публичного мероприятия банковский счет, но не позднее дня проведения публичного мероприятия.»

В отношении указанной нормы необходимо отметить, что разработчик не указал, в течение какого срока подлежат возврату денежные средства, полученные от лица, указанного в части 3 статьи 11 указанного федерального закона, предложенной разработчиком, а также не указано, кем именно должен быть осуществлен указанный возврат денежных средств. На практике это может привести к необоснованному принятию правоприменителем решения о том, что организатор публичного мероприятия не исполнил предусмотренные законом обязанности и может повлечь за собой ответственность для него.

Наконец, следует также обратить внимание на часть 11 статьи 11 Федерального закона РФ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях», предложенную в законопроекте «О внесении изменений в Федеральный закон «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях», которая гласит:

«11. По итогам проведения публичного мероприятия его организатор представляет в орган исполнительной власти или орган местного самоуправления, с которым согласовывалось место и время проведения публичного мероприятия, отчет о расходовании собранных для организации и проведения публичного мероприятия денежных средств по форме и в сроки, установленные федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел.»

Указанная норма по аналогии с предложенной разработчиком законопроекта частью 3 статьи 7 указанного федерального закона носит императивный характер и фактически предполагает обязательное представление отчета о расходовании собранных для организации и проведения публичного мероприятия денежных средств даже в том случае, если денежные средства на его организацию и проведение не собирались. Такой подход в толковании указанной нормы является непротиворечивым и последовательным, поскольку разработчик в данной норме также не устанавливает никаких оговорок и ограничений для порядка представления указанного отчета, что позволяет прийти к выводу, что это требование распространяется на все без исключения публичные мероприятия, требующие уведомления в соответствии с действующим законодательством о митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях.

В свою очередь, предложенная разработчиком императивная норма, предусмотренная частью 3 статьи 7 указанного федерального закона, о включении в уведомление о проведении публичного мероприятия реквизитов банковского счета, используемого для сбора денежных средств на организацию и проведение публичного мероприятия, не предполагающая при её применении на практике учёта самого факта необходимости сбора денежных средств на организацию и проведение публичного мероприятия, по буквальному своему содержанию требует от каждого организатора публичного мероприятия, требующего уведомления, открывать соответствующий банковский счёт и сообщать его реквизиты даже в том случае, если его использование для сбора денежных средств на указанные цели организатором не планируется.

Принимая во внимание, что организатор публичного мероприятия может не нуждаться в сборе денежных средств на организацию и проведение публичного мероприятия, а равно ни разу не воспользоваться указанным выше открытым банковским счётом, предложенное разработчиком императивное требование о включении в уведомление о проведении публичного мероприятия реквизитов банковского счета, используемого для сбора денежных средств на организацию и проведение публичного мероприятия является обременительным, необоснованным и не основанным на законе, фактически создающим дополнительные препятствия реализации физическими и юридическими лицами своего права на свободу мирных собраний, гарантированного ст. 31 Конституции Российской Федерации и ст. 11 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Действительно, буквальное содержание предложенной разработчиком нормы позволяет прийти к выводу, что открывать банковский счет для сбора денежных средств на организацию и проведение публичного мероприятия и сообщать его реквизиты будет необходимо, например, организатору собрания жильцов многоквартирного дома, проводимого по вопросам благоустройства придомовой территории, и не требующего никаких финансовых расходов на организацию и проведение указанного публичного мероприятия, организатору митинга, который организует и проводит данное публичное мероприятие за счет личных средств, организатору пикетирования, которое не требует сбора денежных средств на его организацию и проведение, и т. п.

Аналогичным образом часть 11 статьи 11 Федерального закона РФ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях», предложенная в указанном законопроекте, предполагает обязательное представление отчета о расходовании собранных для организации и проведения публичного мероприятия денежных средств даже в том случае, если денежные средства на его организацию и проведение не собирались.

Из изложенного выше следует, что предложенная разработчиком анализируемого Проекта часть 9 статьи 20.2 КоАП РФ устанавливает административную ответственность за нарушение соответствующими лицами тех обязанностей, выполнение которых на практике представляется, с одной стороны, крайне затруднительным ввиду наличия в нормах законопроекта, устанавливающих эти обязанности, большого количества оценочных понятий, создающих опасность их расширительного толкования правоприменителем, а, с другой стороны, являющихся чрезмерно обременительными и необоснованными. Что, в свою очередь, позволяет прийти к выводу о наличии в нормах анализируемого Проекта коррупциогенных факторов, аналогичных коррупциогенным факторам, содержащимся в нормах описанного законопроекта «О внесении изменений в Федеральный закон «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях».

Кроме того, предложенная разработчиком норма в части, касающейся санкции части 9 статьи 20.2 КоАП РФ, предусматривающей в качестве одного из видов наказания обязательные работы за формальное нарушение установленного порядка организации или проведения публичных мероприятий, а именно, за нарушение организатором публичного мероприятия установленного порядка сбора и расходования денежных средств на организацию и проведение публичного мероприятия, непредставление или несвоевременное представление в уполномоченный орган отчета о расходовании собранных для организации и проведения публичного мероприятия средств либо его представление в неполном объеме или в искаженном виде, является антиконституционным и прямо противоречит позиции Конституционного Суда РФ, изложенной им в Постановлении № 4-П от 14.02.2013 г. по по делу о проверке конституционности Федерального закона «О внесении изменений в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях и Федеральный закон «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» в связи с запросом группы депутатов Государственной Думы и жалобой гражданина Э.В.Савенко.

Так, Конституционный Суд РФ признал нормы, предусматривающие обязательные работы в качестве вида административного наказания за нарушения, связанные с организацией либо проведением собраний, митингов, демонстраций, шествий и пикетирования или организацией массового одновременного пребывания и (или) передвижения граждан в общественных местах, повлекших нарушение общественного порядка, не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 1 (часть 1), 19 (часть 1), 31, 37 (часть 2) и 55 (часть 3), в той мере, в какой в системе действующего правового регулирования назначение данного вида административного наказания допускается не только в случае причинения вреда здоровью граждан, имуществу физических или юридических лиц либо при наступлении иных подобных последствий, но и при одном лишь формальном нарушении установленного порядка организации или проведения публичных мероприятий.

Конституционный Суд РФ также указал, что федеральному законодателю надлежит – исходя из требований Конституции Российской Федерации и с учетом правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, выраженных в том числе в настоящем Постановлении, – внести необходимые изменения в правовое регулирование административного наказания в виде обязательных работ. Впредь до внесения в действующее правовое регулирование надлежащих 77 изменений обязательные работы могут применяться в качестве административного наказания за предусмотренные статьями 20.2, 20.22 и 20.18 КоАП Российской Федерации административные правонарушения, только если они повлекли причинение вреда здоровью граждан, имуществу физических или юридических лиц либо наступление иных подобных последствий.

            Данная позиция была прямо изложена Конституционным Судом РФ в пункте 8 указанного Постановления № 4-П от 14.02.2013 г.

Таким образом, учитывая, что нарушение организатором публичного мероприятия установленного порядка сбора и расходования денежных средств на организацию и проведение публичного мероприятия, непредставление или несвоевременное представление в уполномоченный орган отчета о расходовании собранных для организации и проведения публичного мероприятия средств либо его представление в неполном объеме или в искаженном виде, очевидно, не влечет за собой причинение вреда здоровью граждан, имуществу физических или юридических лиц либо наступления иных подобных последствий, является исключительно формальным нарушением, руководствуюсь изложенной выше позицией Конституционно Суда РФ, необходимо заключить, что за данное правонарушение не может быть назначено наказание в виде обязательных работ, а предложение разработчика в этой части является антиконституционным.

Принимая во внимание вышеизложенное, необходимо прийти к выводу о наличии в анализируемых нормах Проекта следующих коррупциогенных факторов:

  • широта дискреционных полномочий — отсутствие или неопределенность сроков, условий или оснований принятия решения, наличие дублирующих полномочий государственного органа, органа местного самоуправления или организации (их должностных лиц) (подпункт «А» пункта 3 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов (утв. постановлением Правительства РФ от 26 февраля 2010 г. N 96) [Первоначальный текст документа опубликован в изданиях «Российская газета», N 46, 05.03.2010, «Собрание законодательства РФ», 08.03.2010, N 10, ст. 1084.] (далее — «Методика»));
  • определение компетенции по формуле «вправе» — диспозитивное установление возможности совершения государственными органами, органами местного самоуправления или организациями (их должностными лицами) действий в отношении граждан и организаций (подпункт «Б» пункта 3 Методики);
  • выборочное изменение объема прав — возможность необоснованного установления исключений из общего порядка для граждан и организаций по усмотрению государственных органов, органов местного самоуправления или организаций (их должностных лиц) (подпункт «В» пункта 3 Методики);
  • нормативные коллизии — противоречия, в том числе внутренние, между нормами, создающие для государственных органов, органов местного самоуправления или организаций (их должностных лиц) возможность произвольного выбора норм, подлежащих применению в конкретном случае (подпункт «И» пункта 3 Методики);
  • наличие завышенных требований к лицу, предъявляемых для реализации принадлежащего ему права, — установление неопределенных, трудновыполнимых и обременительных требований к гражданам и организациям (подпункт «А» пункта 4 Методики);
  • злоупотребление правом заявителя государственными органами, органами местного самоуправления или организациями (их должностными лицами) — отсутствие четкой регламентации прав граждан и организаций (подпункт «Б» пункта 4 Методики);
  • юридико-лингвистическая неопределенность — употребление неустоявшихся, двусмысленных терминов и категорий оценочного характера (подпункт «В» пункта 4 Методики).

В целях устранения выявленных коррупциогенных факторов предлагается

исключить из санкции части 9 статьи 20.2 КоАП РФ, предложенной разработчиком, наказание в виде обязательных работ, а также дать четкое правовое определение перечисленным выше понятиям и процедурам, описанным в перечисленных выше нормах законопроекта «О внесении изменений в Федеральный закон «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях».

1.2) Часть 10 статьи 20.2 КоАП РФ, предложенная разработчиком в подпункте б) пункта 3) Проекта, корреспондирует  пункту 2 законопроекта «О внесении изменений в Федеральный закон «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях», в котором, в частности, предлагается перечень лиц, которым запрещается осуществлять перечисление денежных средств и (или) иного имущества в целях организации и проведения публичного мероприятия.

В связи с этим при анализе указанной нормы Проекта необходимо учитывать содержание соответствующих норм указанного законопроекта.

Необходимо обратить внимание, что пункт 2 законопроекта «О внесении изменений в Федеральный закон «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» , устанавливая указанные запреты, равно как и иные предложенные нормы законопроекта, не содержит для этого никаких законных оснований. В пояснительной записке к указанному законопроекту разработчик также не приводит никаких обоснованных доводов в пользу установления указанных запретов. В этой связи, а также, исходя из содержания предложенной разработчиком нормы, необходимо прийти к выводу о необоснованной дискриминации целого ряда перечисленных в указанной норме физических и юридических лиц.

Так, разработчик не связывает запрет на перечисление (передачу) или получение денежных средств и (или) иного имущества в целях организации и проведения публичного мероприятия для перечисленных лиц с незаконной деятельностью указанных лиц на территории Российской Федерации, а равно угрозой их деятельности для национальной безопасности Российской Федерации, её конституционного строя и т. п. И, если в отношении граждан Российской Федерации, не достигших возраста 16 лет на день перечисления (передачи) денежных средств или иного имущества, а также анонимных жертвователей с указанным в норме запретом в целом можно согласиться по указанным выше соображениям обеспечения безопасности в связи с отсутствием прозрачности сведений о законности источников получения указанными физическими и юридическими лицами денежных средств, то в отношении остальных перечисленных в предложенной норме лиц счесть обоснованным такой запрет не представляется возможным.

Действительно, в отсутствие каких-либо доказательств нарушения указанными лицами действующего российского и международного законодательства, доказательств создания ими реальной угрозы национальной безопасности, конституционному строю Российской Федерации, доказательств нарушения ими прав, свобод и законных интересов граждан Российской Федерации предложенный разработчиком запрет на  на перечисление (передачу) или получение денежных средств и (или) иного имущества в целях организации и проведения публичного мероприятия носит необоснованно дискриминационный характер.

Так, разработчик не приводит никаких законных доводов в пользу запрета на  перечисление (передачу) или получение денежных средств и (или) иного имущества в целях организации и проведения публичного мероприятия для иностранных государств или иностранных организаций, международных организаций или международных общественных движений, иностранных граждан или лиц без гражданства, некоммерческих организаций, выполняющих функции иностранного агента, юридических лиц, зарегистрированных менее чем за один год до дня перечисления (передачи) денежных средств и (или) иного имущества. Данный запрет фактически прямо противоречит принципу равенства всех перед законом, гарантированному ст. 19 Конституции Российской Федерации, в соответствии с которой все равны перед законом, государство гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств.

Отдельно необходимо подчеркнуть необоснованность запрета на осуществление указанных действий в отношении некоммерческих организаций, выполняющих функции иностранного агента, и его явную неконституционность. Так, указанная норма является фактическим запретом на участие некоммерческой организацией, выполняющей функции иностранного агента, в определенной форме в общественной и политической жизни страны исключительно на основании её статуса как некоммерческой организации, выполняющей функции иностранного агента, что, согласно позиции Конституционного Суда РФ, изложенной им в Постановлении от 08 апреля 2014 года № 10-П [Первоначальный текст Постановления опубликован на «Официальном интернет-портале правовой информации» 11 апреля 2014 г., в «Российской газете» от 18 апреля 2014 г. N 89, в Собрании законодательства Российской Федерации от 21 апреля 2014 г. N 16 ст. 1921, в «Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации», 2014 г., N 4], является дискриминацией, поскольку ставит такую некоммерческую организацию в дискриминационное положение по сравнению с некоммерческими организациями, не получающими иностранного финансирования.

Более того, не представляется возможным ответить на вопрос о том, в чем именно заключается общественный вред от описанных в части 10 статьи 20.2 КоАП РФ, предложенной разработчиком, действий, если организатор публичного мероприятия, обязан возвратить полученные от указанных лиц денежные средства в полном объеме и не имеет права тратить их на организацию или проведение публичного мероприятия, согласно предложенной разработчиком законопроекта «О внесении изменений в Федеральный закон «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях», части 9 статьи 11 Федерального закона РФ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях».

Исходя из того, что сам запрет  на перечисление (передачу) или получение денежных средств и (или) иного имущества в целях организации и проведения публичного мероприятия для перечисленных лиц вводится разработчиком законопроекта без каких-либо указаний на его обоснованность и законность, а равно, учитывая его несоответствие ст. 19 Конституции Российской Федерации,, а также принимая во внимание отсутствие общественного вреда от перечисленных в предложенной норме Проекта действий, необходимо прийти к выводу, что применение на практике предложенной разработчиком части 10 статьи 20.2. КоАП РФ, устанавливающей административную ответственность за нарушение указанного запрета, будет сопровождаться нарушением прав и законных интересов лиц, на которых будет распространяться её действие. В связи с чем можно заключить, что анализируемая норма Проекта содержит в себе следующие коррупциогенные факторы:

нормативные коллизии — противоречия, в том числе внутренние, между нормами, создающие для государственных органов, органов местного самоуправления или организаций (их должностных лиц) возможность произвольного выбора норм, подлежащих применению в конкретном случае (подпункт «И» пункта 3 Методики);

В целях устранения выявленных коррупциогенных факторов предлагается исключить часть 10 статьи 20.2 КоАП РФ, предложенную разработчиком, из текста Проекта.

Обложка:  Композиция. Без названия. Павел Николаевич Филонов